Взыскание убытков и потеря статуса: риски арбитражных управляющих
Иллюстрация: Midjourney.com Из-за усиления имущественной ответственности арбитражных управляющих интерес к профессии может снизиться. Такого мнения придерживаются в Национальном союзе профессионалов антикризисного управления, который объединяет 31 СРО. Юристы признают, что в последнее время риски для управляющих увеличились. Но они по-разному оценивают их влияние на специалистов. Некоторые эксперты уверены: это поможет очистить ряды от тех, кто за счет статуса планировал получать легкий заработок.
В Национальном союзе профессионалов антикризисного управления (НСПАУ) убеждены: за последние пять лет проблема имущественной ответственности АУ усугубилась. За этот срок страховая ответственность управляющих в делах о банкротстве должников с крупными активами выросла втрое — с 3 до 10 млн руб., а их вознаграждение не индексировали — для конкурсных управляющих, например, оно осталось в размере 30 000 руб. в месяц (ст. 20.6 закона о банкротстве).
Гендиректор НСПАУ Анастасия Каверзина привела статистику ЕФРСБ. Из этих данных следует: чаще всего в 2017–2022 годы с управляющих взыскивали убытки из-за того, что они необоснованно привлекали специалистов для выполнения работы, которую должны делать сами (113 случаев на 207,7 млн руб.). В денежном выражении самые крупные убытки принесло бездействие и несвоевременное оспаривание сделок (75 случаев на 1,5 млрд руб. с нарастающей динамикой в 2021–2022 годах). Эксперт объяснила тенденцию ужесточением в 2014–2016 годах имущественной ответственности управляющих.
Каверзина резюмировала: из-за уязвимости перед жалобами и высоким риском взыскания убытков интерес к профессии арбитражного управляющего стал снижаться. По инициативе НСПАУ Минэк провел несколько совещаний с представителями союза, ФНС и Росреестра, но поводов для беспокойства не нашел: раз число управляющих из года в год остается примерно одинаковым, то и проблем с вознаграждением и страховками у специалистов нет.
Важно соблюсти принцип золотой середины
Ключевая проблема института арбитражных управляющих — в низком фиксированном размере вознаграждения, уверен Александр Френкель, юрист судебно-арбитражной практики . При этом когда речь заходит о негарантированной процентной части вознаграждения за успешное завершение процедуры, кредиторы часто считают его чрезмерным и успешно снижают размер выплат в суде. Кредиторы также активно взыскивают убытки с управляющих. По словам Френкеля, обычно это связано с бездействием по оспариванию сделок и взысканию долгов, а также поспешным распределением имущества должника.
Тенденцию роста числа исков о взыскании убытков заметил и Максим Борисов, управляющий партнер . Но он считает, что это связано не только с нарушениями управляющих, но и с попытками кредиторов пойти более легким путем, чем через исполнение решения о признании сделок недействительными. Юрист объясняет логику кредиторов: даже если сделку оспорят, это не гарантирует, что конкурсная масса в итоге пополнится. А вот страховая компания и СРО уже точно выплатят убытки за управляющего. Поэтому многие кредиторы ждут, пока срок на оспаривание истечет, а затем взыскивают с управляющих убытки за неоспаривание сделок — так вероятность пополнения конкурсной массы выше, объясняет Борисов.
Но все-таки суды уже хорошо понимают эти мотивы и разбираются, почему кредиторы сами не оспорили сделки, какая была вероятность удовлетворения иска: «Во взыскании убытков отказывают, если есть сомнения в том, что управляющий действительно совершил нарушение, а не принял взвешенное управленческое решение не тратить ресурсы конкурсной массы на оспаривание бесперспективных сделок», говорит Борисов.
Управляющий партнер Дмитрий Демиденко уверен: любой практикующий в сфере банкротства юрист сталкивался и с профессионалами из числа арбитражных управляющих, и с дилетантами, которые бросают тень на всех представителей профессии. Поэтому желание регулятора навести порядок в этой сфере можно только поприветствовать, считает юрист. Но здесь важно соблюсти принцип золотой середины и не допустить появления откровенно репрессивных норм.
К сожалению, нововведения в сфере страхования ответственности арбитражных управляющих и новейшие обобщения судебной практики говорят о том, что разумная грань зарегулированности если еще не пройдена, то очень скоро будет.
Регулятору стоит прислушиваться к мнению профессионального сообщества. Иначе он добьется обратного эффекта: не очистит отрасль, а лишит ее притока специалистов, заключил Демиденко. Другого мнения придерживается Борисов: однозначно утверждать, что суды стали с АУ вести себя строже, нельзя. Усиление ответственности не оттолкнет осознанных юристов от профессии, а только очистит ряды от тех специалистов, кто за счет статуса управляющего планировал получать легкий заработок, считает Борисов.
Профилактика самых распространенных нарушений фактически вынуждает управляющего затягивать процедуру банкротства, объясняет Френкель. «Он должен подать как можно больше заявлений в отношении контрагентов должника, отказываться от заключений мировых соглашений и как можно дольше тянуть с распределением имущества», — перечисляет эксперт. Но это же увеличивает расходы на процедуру, что снова вызывает недовольство у кредиторов. «В результате профессия арбитражного управляющего в текущем виде предполагает неконкурентную оплату труда с ненормированным графиком работы и огромными уголовными и имущественными рисками», — заключил Френкель.